Сказание о сказаниях: как «Мельница» создаёт миры

Кадр из фильма «Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф». Режиссер Эндрю Адамсон. 2005 год. © The Walt Disney Company Walden Media
Солистка группы «Мельница» Хелависа
Тихо-тихо шумит ветер, прислушиваясь к вкрадчивому голосу сказителя. Сказитель поёт о могучих змеях, древних богах и варяжской княгине. И вот уже вокруг слушателей бушуют северные моря и виднеются вдалеке горные хребты. И не подозревают слушатели, что для них звучат современные тексты XX–XXI века.

Сказитель — группа «Мельница». Песни о могучих змеях — их песни. Разбираемся, какие литературно-лингвистические средства погружают в сказочно-мифологический мир и как Николай Гумилёв помог группе записать первый альбом — «Дорогу Сна».

Прежде чем мы отправимся в путь, нужно назвать имена тех, кто написал нам «карту». На первом альбоме «Мельницы» есть песни на стихи
Тихо-тихо шумит ветер, прислушиваясь к вкрадчивому голосу сказителя. Сказитель поёт о могучих змеях, древних богах и варяжской княгине. И вот уже вокруг слушателей бушуют северные моря и виднеются вдалеке горные хребты. И не подозревают слушатели, что для них звучат современные тексты XX–XXI века.

Сказитель — группа «Мельница». Песни о могучих змеях — их песни. Разбираемся, какие литературно-лингвистические средства погружают в сказочно-мифологический мир и как Николай Гумилёв помог группе записать первый альбом — «Дорогу Сна».

Прежде чем мы отправимся в путь, нужно назвать имена тех, кто написал нам «карту». На первом альбоме «Мельницы» есть песни на стихи
Хелависы, солистки группы: «Дорога Сна», «Зима», «Оборотень», «Воин вереска», «На север»;
Роберта Бёрнса (в переводе Маршака): «Горец», «Лорд Грегори»;
Алёны Косачёвой: «Мора»;
Николая Гумилёва: «Змей», «Ольга».
Хелависы, солистки группы: «Дорога Сна», «Зима», «Оборотень», «Воин вереска», «На север»;
Роберта Бёрнса (в переводе Маршака): «Горец», «Лорд Грегори»;
Алёны Косачёвой: «Мора»;
Николая Гумилёва: «Змей», «Ольга».
Обращения

Королевна беседует с кем-то. Значит, поют «Дорогу Сна». По сюжету лирическая героиня путешествует со своим братом, не то королём (мой венценосный брат), не то колдуном (мой брат-чародей). Обращения к нему разнообразны и составляют следующую композицию:

1 строфа — обращение мой венценосный брат.

2 строфа — глагольные формы и местоимения второго лица единственного числа: пришпорь, для тебя.

3 строфа — обращение ты мой бессмертный брат.

4 строфа — грамматическая конструкция с местоимением второго лица единственного числа: стали мы с тобой легче.

5 строфа — обращение мой молодой король.

6 строфа — обращение мой брат-чародей.

7 строфа — грамматические формы со значением второго лица единственного числа, например прошу тебя.

Именно такая композиция создаёт ощущение диалога между братом и сестрой, который мы подслушиваем, спрятавшись где-то на Дороге Сна.

Сказитель говорит и с другими героями. В песне «Оборотень» — с оборотнем: Всё-то чудится мне, слышится: / Выпей, милый, пей до дна!..; в песне «Лорд Грегори» — с самим Лордом из шотландской баллады: Я у дверей стою твоих / — Лорд Грегори, открой.

Ай, люли-люли

Ах, как хорошо поют!.. Как ручеёк журчит. А всё потому что междометий много. Они песню плавнее да ближе к речи делают. Вот, например, в «Горце»:

О, как его вернуть?

Ах, знаю, знаю я, кого…

И в «Оборотне»:

Ох, встану, выйду, хлопну дверью я…
Обращения

Королевна беседует с кем-то. Значит, поют «Дорогу Сна». По сюжету лирическая героиня путешествует со своим братом, не то королём (мой венценосный брат), не то колдуном (мой брат-чародей). Обращения к нему разнообразны и составляют следующую композицию:

1 строфа — обращение мой венценосный брат.

2 строфа — глагольные формы и местоимения второго лица единственного числа: пришпорь, для тебя.

3 строфа — обращение ты мой бессмертный брат.

4 строфа — грамматическая конструкция с местоимением второго лица единственного числа: стали мы с тобой легче.

5 строфа — обращение мой молодой король.

6 строфа — обращение мой брат-чародей.

7 строфа — грамматические формы со значением второго лица единственного числа, например прошу тебя.

Именно такая композиция создаёт ощущение диалога между братом и сестрой, который мы подслушиваем, спрятавшись где-то на Дороге Сна.

Сказитель говорит и с другими героями. В песне «Оборотень» — с оборотнем: Всё-то чудится мне, слышится: / Выпей, милый, пей до дна!..; в песне «Лорд Грегори» — с самим Лордом из шотландской баллады: Я у дверей стою твоих / — Лорд Грегори, открой.

Ай, люли-люли

Ах, как хорошо поют!.. Как ручеёк журчит. А всё потому что междометий много. Они песню плавнее да ближе к речи делают. Вот, например, в «Горце»:

О, как его вернуть?

Ах, знаю, знаю я, кого…

И в «Оборотне»:

Ох, встану, выйду, хлопну дверью я…
Кадр из фильма «Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф». Режиссер Эндрю Адамсон. 2005 год. © The Walt Disney Company Walden Media
Но если обращения и междометия рисуют образ рассказчика и формируют его речь, то есть ряд способов и хитростей, которые создают атмосферу и волшебный мир песен «Мельницы».

Повторы


Нет, сказитель не заговаривается. Повторы он добавляет осознанно, ведь это одна из самых ярких особенностей фольклорных текстов. В сказках обычно поплакал-поплакал да в тридевятом царстве, тридесятом государстве. У «Мельницы» тоже есть такие «классические» повторы. В песне «Змей»:

Дива дивные зрелись тогда,

Чуда чудные деялись сами.
Но если обращения и междометия рисуют образ рассказчика и формируют его речь, то есть ряд способов и хитростей, которые создают атмосферу и волшебный мир песен «Мельницы».

Повторы

Нет, сказитель не заговаривается. Повторы он добавляет осознанно, ведь это одна из самых ярких особенностей фольклорных текстов. В сказках обычно поплакал-поплакал да в тридевятом царстве, тридесятом государстве. У «Мельницы» тоже есть такие «классические» повторы. В песне «Змей»:

Дива дивные зрелись тогда,

Чуда чудные деялись сами.
Кадр из фильма «Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф». Режиссер Эндрю Адамсон. 2005 год. © The Walt Disney Company Walden Media
В «Зиме» повторяются не отдельные слова, а целые строчки:

И сама уже, словно снег, бела,

Но я буду ждать тебя всё равно;

И сама уже, словно смерть, бела,

Но я буду ждать тебя всё равно.

Ещё одна разновидность повтора — анафора, или единоначатие. Смысл приёма — начинать строчки с одного и того же слова, как в песне «Оборотень»:

Выпей, милый, пей до дна!..

<...>

Выпей — может, выйдет толк.

Краткие прилагательные


Если бы нашего сказителя услышал, скажем, лингвист Александр Пешковский, то, скорее всего, возмутился бы. А всё потому, что в песнях очень много кратких прилагательных. Такую форму считают книжной, сухой и даже категоричной — ну какие сказочные миры?!

Для «Горца» это идеальный вариант:

Мой горец — парень удалой,

Широкоплеч, высок, силён;

Но не вернётся он домой,

Он на изгнанье осуждён.

Но в других песнях, в том числе с других альбомов «Мельницы», краткие прилагательные и причастия рисуют яркий пейзаж:

Где ночи крылаты, а ветры косматы («Далеко»)

Зелены витражи в часовне. («Ветер»)

Бессоюзные

А теперь слушайте очень внимательно, иначе запутаетесь! Начинают петь «Мору». Там много бессоюзных сложных предложений — это уже для динамики. «Смешались кони, люди», как сказали бы чуть позже древнейшей эры, которая так симпатична «Мельнице».

Летят кони Стрибога — ветер в гриву,

Перуна подкова — пропасть под молнией,

Кони Даждьбога дождем резвятся,

И конь коней — корона на небе.

Есть бессоюзные и в «Дороге Сна», с которой начинался наш текст:

Налей ещё вина, мой венценосный брат,

Смотри — восходит полная луна;

В бокале плещет влага хмельного серебра…

В другой строчке тире заменяет не союз в сложном предложении, а как в сравнительном обороте: Чтоб ты шла по следам моей крови во тьме — по бруснике во мхе… Этот приём делает повествования плавным и создаёт целостную картинку.

То ли быль, то ли небыль

Если кто-то захочет обвинить «Мельницу» в плагиате — мол, из старых сказок сюжет стырили, — ничего не выйдет. «Стыренные» сюжеты и образы пришли из фольклора и мифологий разных народов. Это одна из особенностей творчества группы. Причём часто сложно отделить мифологические и сказочные мотивы от исторических: например, героиня песни «Ольга» — действительно древнерусская княгиня, а обстоятельства, показанные в сюжете, — вариация легенды о мести древлянам.

Чтобы Ольга говорила как древняя славянка, а не современная барышня, и пейзаж отличался от урбанистики XXI века, в песнях часто используют устаревшие слова и словоформы:
В «Зиме» повторяются не отдельные слова, а целые строчки:

И сама уже, словно снег, бела,

Но я буду ждать тебя всё равно;

И сама уже, словно смерть, бела,

Но я буду ждать тебя всё равно.

Ещё одна разновидность повтора — анафора, или единоначатие. Смысл приёма — начинать строчки с одного и того же слова, как в песне «Оборотень»:

Выпей, милый, пей до дна!..

<...>

Выпей — может, выйдет толк.

Краткие прилагательные


Если бы нашего сказителя услышал, скажем, лингвист Александр Пешковский, то, скорее всего, возмутился бы. А всё потому, что в песнях очень много кратких прилагательных. Такую форму считают книжной, сухой и даже категоричной — ну какие сказочные миры?!

Для «Горца» это идеальный вариант:

Мой горец — парень удалой,

Широкоплеч, высок, силён;

Но не вернётся он домой,

Он на изгнанье осуждён.

Но в других песнях, в том числе с других альбомов «Мельницы», краткие прилагательные и причастия рисуют яркий пейзаж:

Где ночи крылаты, а ветры косматы («Далеко»)

Зелены витражи в часовне. («Ветер»)

Бессоюзные

А теперь слушайте очень внимательно, иначе запутаетесь! Начинают петь «Мору». Там много бессоюзных сложных предложений — это уже для динамики. «Смешались кони, люди», как сказали бы чуть позже древнейшей эры, которая так симпатична «Мельнице».

Летят кони Стрибога — ветер в гриву,

Перуна подкова — пропасть под молнией,

Кони Даждьбога дождем резвятся,

И конь коней — корона на небе.

Есть бессоюзные и в «Дороге Сна», с которой начинался наш текст:

Налей ещё вина, мой венценосный брат,

Смотри — восходит полная луна;

В бокале плещет влага хмельного серебра…

В другой строчке тире заменяет не союз в сложном предложении, а как в сравнительном обороте: Чтоб ты шла по следам моей крови во тьме — по бруснике во мхе… Этот приём делает повествования плавным и создаёт целостную картинку.

То ли быль, то ли небыль

Если кто-то захочет обвинить «Мельницу» в плагиате — мол, из старых сказок сюжет стырили, — ничего не выйдет. «Стыренные» сюжеты и образы пришли из фольклора и мифологий разных народов. Это одна из особенностей творчества группы. Причём часто сложно отделить мифологические и сказочные мотивы от исторических: например, героиня песни «Ольга» — действительно древнерусская княгиня, а обстоятельства, показанные в сюжете, — вариация легенды о мести древлянам.

Чтобы Ольга говорила как древняя славянка, а не современная барышня, и пейзаж отличался от урбанистики XXI века, в песнях часто используют устаревшие слова и словоформы:
венценосный, лихой («Дорога Сна»).
мо́лодцы, варяжский, рать, ране («Ольга»).
ложе («Змей»).
лихо («Мора»).
(узорами) крылий («На Север»).
венценосный, лихой («Дорога Сна»).
мо́лодцы, варяжский, рать, ране («Ольга»).
ложе («Змей»).
лихо («Мора»).
(узорами) крылий («На Север»).
Кроме того, в текстах песен «Мельницы» встречаются просторечные и разговорные слова: вопили, диво, кручина, студёный. Поэтому слог может казаться поначалу непривычным, а язык — почти иностранным.

«На север, вы в сером, вы звери, на север…» — звучит последний повтор, и затихают звуки. Складывают инструменты. Сказители настроены продолжать свой путь. Они держат путь на «Перевал» — так называется второй альбом «Мельницы». Переплетутся ли ещё наши дороги? Кто знает. Но если нам захочется услышать о змеях и князьях вновь, достаточно будет только вступить на «Дорогу Сна».
Кроме того, в текстах песен «Мельницы» встречаются просторечные и разговорные слова: вопили, диво, кручина, студёный. Поэтому слог может казаться поначалу непривычным, а язык — почти иностранным.

«На север, вы в сером, вы звери, на север…» — звучит последний повтор, и затихают звуки. Складывают инструменты. Сказители настроены продолжать свой путь. Они держат путь на «Перевал» — так называется второй альбом «Мельницы». Переплетутся ли ещё наши дороги? Кто знает. Но если нам захочется услышать о змеях и князьях вновь, достаточно будет только вступить на «Дорогу Сна».
Автор: Ольга Раудина
17 апреля 2022,16:00