теория

теория

По ленте времени: история русского языка

Морфологический быт: имя числительное

Имена числительные назывались так не всегда и вели себя раньше тоже по-другому. Разбираемся в тёмном прошлом ещё одной части части речи и не забываем, что «обои» — это про людей, а не про ремонт и стены.

Если во время прогулки по исторической грамматике вам понадобится что-то посчитатать, обратитесь к именам числительным. Точнее — к счётным именам.

У них, что в старославянском, что в древнерусском языке, было два разряда: количественные и порядковые. Первые, как и в современном русском, обозначали количество предметов и использовались при счёте, а вторые показывали порядок, очерёдность предмета по отношению к другим предметам из того же множества.

Количественные «числительные» склонялись по именному типу — по тому же, что имена существительные и краткие имена прилагательные.

Счётное имя ѥ(о)динъ не всегда изменялось так, как в современном русском языке. До конца XV века, когда появилась привычная нам форма творительного падежа однимъ, с середины XIII века был известен вариант одиномъ, по аналогии со столомъ. Однимъ появляется под влиянием мягкого склонения, то есть склонения имён с основой на мягкий согласный. При этом в летописях сохраняются формы с твёрдым склонением: съ ѥдинымъ мужемъ, ѥдинымъ приступомъ, однымъ своимъ насадомъ.

Счётные имена дъва и оба были двойственного числа, поскольку обозначали соответствующее количество предметов. Это отражалось на окончаниях «числительных», когда они изменялись по падежам.
Имена числительные назывались так не всегда и вели себя раньше тоже по-другому. Разбираемся в тёмном прошлом ещё одной части части речи и не забываем, что «обои» — это про людей, а не про ремонт и стены.

Если во время прогулки по исторической грамматике вам понадобится что-то посчитатать, обратитесь к именам числительным. Точнее — к счётным именам.

У них, что в старославянском, что в древнерусском языке, было два разряда: количественные и порядковые. Первые, как и в современном русском, обозначали количество предметов и использовались при счёте, а вторые показывали порядок, очерёдность предмета по отношению к другим предметам из того же множества.

Количественные «числительные» склонялись по именному типу — по тому же, что имена существительные и краткие имена прилагательные.

Счётное имя ѥ(о)динъ не всегда изменялось так, как в современном русском языке. До конца XV века, когда появилась привычная нам форма творительного падежа однимъ, с середины XIII века был известен вариант одиномъ, по аналогии со столомъ. Однимъ появляется под влиянием мягкого склонения, то есть склонения имён с основой на мягкий согласный. При этом в летописях сохраняются формы с твёрдым склонением: съ ѥдинымъ мужемъ, ѥдинымъ приступомъ, однымъ своимъ насадомъ.

Счётные имена дъва и оба были двойственного числа, поскольку обозначали соответствующее количество предметов. Это отражалось на окончаниях «числительных», когда они изменялись по падежам.
Кроме форм оба и обѣ, существовала собирательная, которая обозначала совокупность однородных предметов или живых существ как неделимое целое. В мужском роде это было обои, в женском – обоѣ, а в среднем — обоя. При этом оба употреблялось по отношению к двум предметам или лицам, а обои — к двум группам предметов или лиц.

В. Колесов в пособии «Историческая грамматика русского языка» приводит следующие примеры из списков переводных текстов XIV века: оба въ ровъ падєта — о двух лицах, но сея же сблазнигиася обои, июдѣянє и елини — о двух народах, иудеях и греках (эллинах). Внеродовые, то есть не связанные с грамматическим родом зависимых слов формы обѣхъ, обѣмъ, обѣми и новые формы, включая знакомое нам обѣихъ, появились позже.

Числительные три и четыре склонялись по именному типу во множественном числе. По роду различались, но только в именительном падеже.
Кроме форм оба и обѣ, существовала собирательная, которая обозначала совокупность однородных предметов или живых существ как неделимое целое. В мужском роде это было обои, в женском – обоѣ, а в среднем — обоя. При этом оба употреблялось по отношению к двум предметам или лицам, а обои — к двум группам предметов или лиц.

В. Колесов в пособии «Историческая грамматика русского языка» приводит следующие примеры из списков переводных текстов XIV века: оба въ ровъ падєта — о двух лицах, но сея же сблазнигиася обои, июдѣянє и елини — о двух народах, иудеях и греках (эллинах). Внеродовые, то есть не связанные с грамматическим родом зависимых слов формы обѣхъ, обѣмъ, обѣми и новые формы, включая знакомое нам обѣихъ, появились позже.

Числительные три и четыре склонялись по именному типу во множественном числе. По роду различались, но только в именительном падеже.
Слова, которые обозначали количество от пяти до девяти, при склонении вели себя как существительные из склонения на *ĭ.
Слова, которые обозначали количество от пяти до девяти, при склонении вели себя как существительные из склонения на *ĭ.
Дєсять изменялось во всех трёх числах и вело себя как существительное с основой на согласный.
Дєсять изменялось во всех трёх числах и вело себя как существительное с основой на согласный.
У порядковых числительных, как и у прилагательных, были именная (краткая) и местоимённая (полная, образованная с помощью местоимения) формы. При склонении они вели себя соответствующим образом.

Современный носитель русского языка вряд ли обращает внимание на то, что корни порядковых первый и второй совсем не похожи на корни соответствующих им количественных ѥ(о)динъ и дъва. Пьрвыи этимологически связано со словом передний и было близко к качественным прилагательным. Это доказывают формы степеней качества пєрвѣе, пєрвѣишии, пєрвєнькии и так далее, которые в древнерусском языке, в отличие от современного русского, были не ошибкой, а закономерным явлением. Въторои же получился из дъв-торъ (корень + суффикс сравнительной степени).

Производные единый, двойной и двойственный образовались позже. Они были характерны для книжного языка.

Формы третий и четвёртый содержат t, который остался от суффикса -ter-. В пятом, шестом, девятом и десятом он совпал с корнем. Во всей красе этот суффикс предстаёт в собирательных существительных: пятеро, шестеро и так далее, но ни следа не оставил в словах сєдьмои и осьмои — эти счётные имена образованы без суффикса.

Всё тот же -ter- помогал образовать сложные порядковые числительные. Например, шестеронатцатъ лошадей (1614), лошадей двоенадцатеро да жеребят двое (1551), полотретиянацателокти, полдругынатцата недели (1410), с шестонатцатой доли (1583), семогонадцать дня (1437), полшестынадцать копы (1510), семинадцатый день (1529). С XVI в. развиваются современные формы, наподобие одиннатцатомъ, на шостнатцатомъ.

При склонении составных порядковых счётных имён изменялись только единицы: в шєстыи на дєсять дьнь, пьрвого на дєсять году, маия вь дєвятыи на дєсять.

Числительные от 11 до 19 были сложными, то есть состояли из нескольких слов: ѥ(о)динъ на дєсятє, дъва на дєсятє и так далее. Именно от древнерусского слова со значением «двенадцать» произошло название двунадесятые, или дванадесятые. Этим словом обозначаются двенадцать самых важных после Пасхи православных праздников. Склонялось в таких числительных только название единиц: ѥ(о)дьного на дєсятє, ѥ(о)дьномѹ на дєсятє.

Числительные, которые показывали количество десятков, тоже образовывались от словосочетаний: дъва дєсять — два десятка, двадцать; три дєсять — три десятка, тридцать. Склонялись все их составные части. Например, нет дъвѹхъ дєсятъ.

Аналогично строились числительные-сотни. Они складывались из количественного числительного и существительного съто (сто, сотня) в родительном падеже. При склонении изменялись обе части: пѧ(я)ти сътъ. Эта особенность, кстати, сохраняется до сих пор.

Некруглые числа тоже обозначались с помощью сложных числительных. В них сотни, десятки и единицы соединялись с помощью союза и: сєдмь дєсять и чєтыри (74); шєсть сътъ и три дєсять и сєдмь (637). Числительные типа 25 и 1,5 (одна целая пять десятых) могли обозначаться и по другой схеме. Например, 25 — полтрєтє дѣсятє, то есть половина десятка до третьего десятка. 1,5 — полвтора (половина единицы до второй единицы), которое впоследствии превратилось в полтора.

В отличие от имени существительного, которое вырабатывало новые парадигмы склонения, счётные имена парадигмы разрушали и превращались в числа. Так и образовалось то самое знакомое нам имя числительное. С XVI века именительный падеж этой части речи противопоставлен единому косвенному падежу: сорокъ (первоначально существительное, которое обозначало мешок с сорока беличьими шкурками) — нет сорока, къ сорока, о сорока. Так же склоняются имена девяносто, сто.

Числа, особенно даты, в тексте часто обозначались буквами кириллицы. Над ними ставилось титло, а по обе стороны — точки. Слева стояла цифра, которая обозначает больший разряд, правее — цифра или цифры меньших разрядов. Например: ·в҃а· — 21. Исключения составляли только числительные типа -надцать. При их записи сначала указывали единицы, а потом — десяток, то есть i. Число 12 записывалось так: ·в҃і·. Получалось, что разряды стояли в том же порядке, что и в обыкновенном, «незашифрованном» числительном: сколько-то на десяти.

Были также существительные с количественным значением. Их использовали, если речь шла об очень большом числе. Таком, например, как десять тысяч, сто тысяч, миллион, десять миллионов, сто миллионов или миллиард. У этих слов тоже были собственные символьные обозначения.
У порядковых числительных, как и у прилагательных, были именная (краткая) и местоимённая (полная, образованная с помощью местоимения) формы. При склонении они вели себя соответствующим образом.

Современный носитель русского языка вряд ли обращает внимание на то, что корни порядковых первый и второй совсем не похожи на корни соответствующих им количественных ѥ(о)динъ и дъва. Пьрвыи этимологически связано со словом передний и было близко к качественным прилагательным. Это доказывают формы степеней качества пєрвѣе, пєрвѣишии, пєрвєнькии и так далее, которые в древнерусском языке, в отличие от современного русского, были не ошибкой, а закономерным явлением. Въторои же получился из дъв-торъ (корень + суффикс сравнительной степени).

Производные единый, двойной и двойственный образовались позже. Они были характерны для книжного языка.

Формы третий и четвёртый содержат t, который остался от суффикса -ter-. В пятом, шестом, девятом и десятом он совпал с корнем. Во всей красе этот суффикс предстаёт в собирательных существительных: пятеро, шестеро и так далее, но ни следа не оставил в словах сєдьмои и осьмои — эти счётные имена образованы без суффикса.

Всё тот же -ter- помогал образовать сложные порядковые числительные. Например, шестеронатцатъ лошадей (1614), лошадей двоенадцатеро да жеребят двое (1551), полотретиянацателокти, полдругынатцата недели (1410), с шестонатцатой доли (1583), семогонадцать дня (1437), полшестынадцать копы (1510), семинадцатый день (1529). С XVI в. развиваются современные формы, наподобие одиннатцатомъ, на шостнатцатомъ.

При склонении составных порядковых счётных имён изменялись только единицы: в шєстыи на дєсять дьнь, пьрвого на дєсять году, маия вь дєвятыи на дєсять.

Числительные от 11 до 19 были сложными, то есть состояли из нескольких слов: ѥ(о)динъ на дєсятє, дъва на дєсятє и так далее. Именно от древнерусского слова со значением «двенадцать» произошло название двунадесятые, или дванадесятые. Этим словом обозначаются двенадцать самых важных после Пасхи православных праздников. Склонялось в таких числительных только название единиц: ѥ(о)дьного на дєсятє, ѥ(о)дьномѹ на дєсятє.

Числительные, которые показывали количество десятков, тоже образовывались от словосочетаний: дъва дєсять — два десятка, двадцать; три дєсять — три десятка, тридцать. Склонялись все их составные части. Например, нет дъвѹхъ дєсятъ.

Аналогично строились числительные-сотни. Они складывались из количественного числительного и существительного съто (сто, сотня) в родительном падеже. При склонении изменялись обе части: пѧ(я)ти сътъ. Эта особенность, кстати, сохраняется до сих пор.

Некруглые числа тоже обозначались с помощью сложных числительных. В них сотни, десятки и единицы соединялись с помощью союза и: сєдмь дєсять и чєтыри (74); шєсть сътъ и три дєсять и сєдмь (637). Числительные типа 25 и 1,5 (одна целая пять десятых) могли обозначаться и по другой схеме. Например, 25 — полтрєтє дѣсятє, то есть половина десятка до третьего десятка. 1,5 — полвтора (половина единицы до второй единицы), которое впоследствии превратилось в полтора.

В отличие от имени существительного, которое вырабатывало новые парадигмы склонения, счётные имена парадигмы разрушали и превращались в числа. Так и образовалось то самое знакомое нам имя числительное. С XVI века именительный падеж этой части речи противопоставлен единому косвенному падежу: сорокъ (первоначально существительное, которое обозначало мешок с сорока беличьими шкурками) — нет сорока, къ сорока, о сорока. Так же склоняются имена девяносто, сто.

Числа, особенно даты, в тексте часто обозначались буквами кириллицы. Над ними ставилось титло, а по обе стороны — точки. Слева стояла цифра, которая обозначает больший разряд, правее — цифра или цифры меньших разрядов. Например: ·в҃а· — 21. Исключения составляли только числительные типа -надцать. При их записи сначала указывали единицы, а потом — десяток, то есть i. Число 12 записывалось так: ·в҃і·. Получалось, что разряды стояли в том же порядке, что и в обыкновенном, «незашифрованном» числительном: сколько-то на десяти.

Были также существительные с количественным значением. Их использовали, если речь шла об очень большом числе. Таком, например, как десять тысяч, сто тысяч, миллион, десять миллионов, сто миллионов или миллиард. У этих слов тоже были собственные символьные обозначения.
Вряд ли вам придётся что-то считать по-древнерусски, когда путешествие по лингвистической ленте времени закончится. Но познакомиться со счётными именами стоило, как минимум, чтобы не пугаться ситуаций, когда нужно просклонять какое-нибудь четыреста тридцать восемь (раньше явно было страшнее)… или когда перед вами текст на другом славянском языке.
Вряд ли вам придётся что-то считать по-древнерусски, когда путешествие по лингвистической ленте времени закончится. Но познакомиться со счётными именами стоило, как минимум, чтобы не пугаться ситуаций, когда нужно просклонять какое-нибудь четыреста тридцать восемь (раньше явно было страшнее)… или когда перед вами текст на другом славянском языке.
Автор: Полина Меньшова
19 апреля 2021, 20:00
Автор: Полина Меньшова
19 апреля 2021, 20:00
Источники
Иванов, В. В., Иорданиди, С. И., Вялкина, Л. В., Сумникова, Т. А., Силина, В. Б., Крысько, В. Б. История русского литературного языка. Краткий курс лекций. М.: Наука, 1995.

Колесов, В. В. Историческая грамматика русского языка. СПб.: СПбГУ, 2010.

Хабургаев, Г. С. Старославянский язык. М.: «Просвещение», 1974.

Шулежкова, С. Г. Старославянский язык, древнерусский язык и историческая грамматика русского языка: опыт сопоставительного изучения. М.: ФЛИНТА, 2016.
Источники
Иванов, В. В., Иорданиди, С. И., Вялкина, Л. В., Сумникова, Т. А., Силина, В. Б., Крысько, В. Б. История русского литературного языка. Краткий курс лекций. М.: Наука, 1995.

Колесов, В. В. Историческая грамматика русского языка. СПб.: СПбГУ, 2010.

Хабургаев, Г. С. Старославянский язык. М.: «Просвещение», 1974.

Шулежкова, С. Г. Старославянский язык, древнерусский язык и историческая грамматика русского языка: опыт сопоставительного изучения. М.: ФЛИНТА, 2016.